Первый фильм на большом экране, встречи у часов с совой, мягкое мороженое в металлических вазочках, прогулки у фонтана, выставка рептилий, дискотеки и вернисажи, - у каждого старооскольца есть своя история, связанная с кинотеатром "Быль".
Аудиоспектакль строится на механизме памяти. За основу взяты документальные материалы: анкеты и интервью жителей Старого Оскола. Воспоминания сплетаются в вереницу разных и похожих образов "Были", предлагают слушателю присоединиться к выстраиванию коллективного калейдоскопа.
Нарратив спектакля ведет нейросеть, сквозь которую пробиваются репрезентированные жители. Это единственный и в тоже время искусственный диалог зрителей старого кинотеатра и посетителей нового центра современного искусства, чье общее поле только предстоит построить.

Запись шумных голосов в перемешку с популярной музыкой, выкриков ведущего. И кресты, и меняющаяся картинка, на которую не сразу обращаешь внимание. Шаг вперед и нога упирается в голову - маникен, на ней наушники.
Старый Оскол, приграничная территория. В наушниках вербатимы с людьми с другой стороны границы.
Видеоряд состоит из хроник голодомора, блокады, чеченской компании, фиксации быта, - аэропорты, вокзалы, чай.
Шум из аудио документации местного ресторана продолжается, хроника рассеивается в сетке на крестах и собирается вновь, если отойти поодоль. Круг зациклен, а в голове все звучат голоса.

работа вошла в лонг-лист фестиваля "Особый взгляд" 2024г.

Как живет современный поэт в провинции, член союза писателей?
Ветхий дом, неприглядный быт, пенсия, на которую не выжить, в прошлом сторонний заработок в детском саду, онкология.
"Творчество не обязательно" - говорит в фильме героиня, Ольга Стригуновская, но продолжает каждую неделю собирать юных поэтов и обучать их ремеслу на волонтерских началах.
Фиксация жизни, раздумья и рассказ о своем пути, - это и есть ответы на вопросы о значении творчества в жизни, об успехе и о том "надо ли продолжать".

Собрание работ 2021-2023 гг., - рефлексия актуального контекста, личного пути художника и обозначение нынешней точки. Большинство картин написаны в 2022г., как эмоциональный ответ на жестокие события.
Выставка представляет собой путеводитель из травм и горя, который прерывается фактурным монохромным диптихом красных роз.

Зрители сидят на сцене, занавес закрыт. Актриса входит и нарочито выразительно декламирует стихотворение. Занавес открывается и в зале сидит он.
Ведро картошки и два чемодана писем. Два эмигранта и общая история.
У каждого свой быт: он пребывает праздно, она все никак не может сладиться с чисткой картофеля, долгие паузы, редкие взгляды друг на друга и все время врозь.
Стихи друг для друга. И последнее его под Russian Dance Тома Уэйтса:
"Я пропал, как зверь в загоне.
Где-то люди, воля, свет,
А за мною шум погони,
Мне наружу ходу нет.
...
Но и так, почти у гроба,
Верю я, придет пора —
Силу подлости и злобы
Одолеет дух добра."

"Я здесь! нет, меня здесь нет. Я здесь. Нет! меня здесь нет." - пограничное состояние, в котором пребывает перформерка, исследуя свои отношения с социумом, свое место в нем и влияние локального контекста на построение личности.
Перформанс разворачивается в ландшафте Казацких меловых бугров. У зрителей есть грязь и вода. Большинство охотно берут целофановые пакеты, чтобы не испачкать руки, и измазывают перформерку грязью, включая лицо и волосы. Пара зрительниц берут воду и начинают омовение. Толпа затихает, а перформерка снимает грязное платье и удаляется в белые горы.

"Ранее в черноземье ссылали ведьм" - так начинаются местные легенды, сказания и спектакль.
История юной девушки, которая попала под чары ведьмы, потеряла молодость и осталась жить в воде переплетена с локальным ландшафтом и фольклором. Променад начинается на агенте индустриализации - железнодорожном мосту и идет вдоль реки и полуразрушенных зданий слободы, которая расположилась в центре города, но остается невидимой для случайных прохожих.
Под прощальную песню "вьюн над водой" возле заводи завершается первая часть и слушатели переходят к костру, где делятся своими историями.

9 лет пути к друг другу и невозможность продолжения. Практики Н. Демидова и вдохновение Улаем и Мариной Абрамович. Длительные занятие в молчании и энергетические тренинги.
В побеге друг от друга и нашлась точка принятия, еденинея и обретения.
Процессуальный акт является полем пластической импровизации, строится на концентрации на партнере и энергетическом диалоге.

1975 год - 82 000 население, 1985 год - 159 000 население. Кто эти люди, которые приехали строить города, поднимать промышленность? Почему остались и сбылись ли их мечты?
Панельные девятиэтажки, серость и отсутсвие надежды, - так выглядят многие города и их районы. В одном из них и проходит путь аудиоспектакля, в котором главная героиня - это собирательный образ историй, которые часто проживают наши знакомые и о которых не принято публично говорить, разве что на кухне, обоюдно делясь тайнами.
-сама виновата! -нет, страна виновата. - звучит после спектакля в окружении все тех же серых панелек.

Архив Старооскольского краеведческого музея, личная история раскулачивания семьи, ссылка и свидетельства местного поэта, - материал, который лег в основу нарратива.
Юные, сверкающие и вечные вскрывают жестокость репрессий под музыку композитора Алексей Асеева - оммаж Олегу Каравайчуку. Зрители получают статьи и приговоры и все в игре, в которой не все выигрывают.
Тишина, имена, имена, приговоры, имена, посмертные реабилитации и снова имена, а это только на букву "А". Тишина и стелла имен распадается.
Бытовое: -время "обед"? -обед.
И "Шиpока стpана моя pодная,
Много в ней лесов полей и pек.
Я дpугой такой стpаны не знаю,
Где так вольно дышит человек." - поется, а мясо в жерновах перекручивается.